Секс, власть и цензура: что скрывает Аида Балаева

Аида Балаева – одна из самых влиятельных женщин Казахстана. Заместитель Премьер-Министра – Министр культуры и информации Республики Казахстан. На первый взгляд – чистая государственная машина. Идеальный набор компетенций: работа с культурой и информацией. В рамках «Нового Казахстана» она позиционирует себя как системного идеолога и реформатора, который одновременно «защищает права граждан» и наводит порядок в медиасфере и идеологической политике государства. Она говорит о себе как о человеке, который «четко видит задачи» в период трансформации Казахстана и считает, что главным двигателем идеологии является «крепкий тандем культуры и информации».

Но что скрывается за этим фасадом?

Многим известно, что до январских событий она являлась фигурой «внутри системы Назарбаева», отвечая за внутреннюю политику и идеологию страны. В 2000-е и 2010-е годы Балаева выстраивала карьеру в акиматах и Администрации Президента именно в эпоху Назарбаева и воспринималась как часть его идеологического блока.

В 2019 году, будучи помощником президента, она публиковала эмоциональные посты о Назарбаеве, говоря о нём не только как о руководителе. Она заявляла о себе, «как женщине, которая всегда восхищается его мудростью», подчёркивая личное уважение и благодарность «как подчинённая».

При этом карьерно она была тесно связана с Имангали Тасмагамбетовым: долгие годы работала в акиматах Алматы и Астаны в период, когда он занимал ключевые посты. Но Тасмагамбетов покровительствовал ей только лишь потому, что сам являлся креатурой Назарбаева, который продвигал к власти людей на основании родоплеменных связей. И тут становиться понятно, что Балаева пришла к власти благодаря своей принадлежности к роду Шапырашты, как и Назарбаев.

Более того, ее двоюродный брат Нурдаулетов Гизат Дауренбекович – действующий секретарь Совета Безопасности Казахстана – тоже является выходцем из рода Шапырашты.
Брат и сестра активно поддерживают друг друга на политическом олимпе. Оба являются уроженцами Жамбылского района Алматинской области. Только Балаева родилась в селе Жамбыл, а Нурдаулетов – в селе Каракастек, что в десяти километрах друг от друга.

Со стороны действия Балаевой воспринимаются как типичное «переобувание» аппаратчика. До транзита президентской власти она демонстративно восхищалась Назарбаевым и была встроена в его вертикаль. Однако после обретения Токаевым полноты власти Балаева без паузы становится одной из главных публичных фигур, продающих реформы Токаева – от закона «О масс‑медиа» до новой Конституции, и описывает их как исторический шаг к справедливости и приоритету прав человека.

Регулируя культуру и медиаполе, Балаева имеет огромное влияние на представителей культуры Казахстана, включая звезд шоу-бизнеса. И она этим хорошо пользуется. В мае текущего года Балаева наградила известного казахстанского певца, основателя и солиста группы «МузАрт» Мейрамбека Беспаева высокой государственной наградой – орденом «Парасат». Но не за заслуги или вклад в искусство и культуру, а за интимную связь с Балаевой. Да, именно так. Всеми любимый Мейрамбек Беспаев спал с Аидой Балаевой. За это она его отблагодарила.

Она в принципе славиться среди узкого круга казахстанской элиты своим пристрастием к сексу и похоти. Ее «слабость на передок» подтверждается ее тремя детьми, которых она родила от трех разных мужчин.

Может ли такая чиновница с низкими моральными принципами и социальной ответственностью занимать такие высокие и стратегически важные посты в Казахстане? Может ли она диктовать журналистам, что публиковать, а что нет?

Она уверена, что может. Одним из ее любимых инструментов влияния на общественное мнение и восприятие реальности является ботоферма или фабрика троллей, которая состоит из команды людей, активно пишущих комментарии в социальных сетях в ее пользу, совершающих кибератаки и отправляющих массированные жалобы на посты и аккаунты неугодных блогеров и журналистов.

При этом Балаева утверждает, что «в Казахстане нет цензуры». Но именно во время ее пребывания у власти государство обрело более широкие полномочия решать, кто может задавать вопросы чиновникам, какие издания оно сочтёт опасными и какие СМИ получат миллиарды из бюджета.

Аида Балаева – не просто министр культуры и информации, она стала одной из главных политических инициаторов принятия закона «О масс-медиа», разработанного её министерством. Она представила его общественности, продвигала и открыто отстаивала.

19 июня 2024 года президент Токаев подписал закон.

Согласно официальным заявлениям, этот закон должен был способствовать улучшению работы средств массовой информации. Однако в нем были введены весьма широкие понятия: «нравственное развитие общества», «национальные, культурные и семейные ценности».

Вместе с тем четкие границы этих понятий не регламентированы. Журналисту понять, что его материал представляет собой обоснованную критику или же публикацию, которая может быть признана наносящей ущерб ценностям, не представляется возможным. Это решает возглавляемое Балаевой Министерство культуры и информации.

После этого были введены новые правила аккредитации журналистов. Эти правила были утверждены Балаевой её приказом в августе 2024 года. Аккредитация позволяет журналисту посещать брифинги и задавать чиновникам вопросы напрямую. Однако аккредитация может быть приостановлена на шесть месяцев в связи с нарушением установленного порядка.

Когда журналисты оспорили эти правила в суде, Балаева охарактеризовала их как «открытую ненависть к чиновникам». Очень удобная логика. Если журналист резко критикует власти, это может быть представлено не как общественный контроль, а как личная неприязнь.

Однако дело не ограничивалось одними лишь заявлениями. Так, в 2024 году в Telegram-канале «ProTenge» появилась информация о проблемах с аккредитацией журналистов «Радио Азатлык». Министерство культуры и информации выявило данную публикацию в ходе мониторинга и, исходя из того, что она может содержать признаки ложной информации, передало материалы в полицию.

В результате редактор «ProTenge» Джамиля Маричева была оштрафована. При этом репостнувший этот материал журналист Асхат Ниязов также стал фигурантом этого дела. Однако впоследствии суд прекратил дело, не усмотрев в его действиях признаков уголовного преступления.

В связи с этим в 2026 году Казахстан опустился на 149-е место во Всемирном индексе свободы прессы среди 180 стран. Год назад страна занимала 141-е место.

Таким образом, сконцентрировав в своих руках целое информационное поле Казахстана, цензурируя медиапространство, используя негласные инструменты влияния в виде ботофермы, ведя аморальный образ жизни, Аида Балаева «стремится» построить так называемый «Новый Казахстан», являясь креатурой «Старого».

Возникает логичный вопрос – а есть ли этот «Новый Казахстан» на самом деле?

Источник: https://infopressa-site.com/novosti/item/301834-seks-vlast-i-cenzura-chto-skryvaet-aida-balaeva